Дюша Романов: Я просто ушел на каникулы - Начнем с самых ярких впечатлений твоих, наиболее значительных, в плане Аквариума... Дюша: Самое яркое для меня - это концептуальные семидесятые, малоизвестный период аквариумной деятельности, но самый яркий. Где-то до восьмидесятого... - Боб говорит то же самое. Дюша: Я тогда реально жил. Точнее, я рос, а еще точнее - я учился всему. Познавал, учился, впитывал в себя все, что было вокруг, изобретал свежее, новое. Слушал, смотрел, разговаривал... Была такая эра не ревущих восьмидесятых, не угрюмых девяностых, а всеобещающих семидесятых. - А ты помнишь, как ты пел на одном из концертов в Москве Подмосковные вечера? Дюша: Да, да! - Недавно вышел компакт-диск с этим концертом, и слышно, как ты очень любопытно поешь... Поешь, а потом начинаешь кричать Я не помню дальше слов! Дюша: Да, это концептуальное решение. - А потом начинает верещать Пономарева. Дюша: Она очень удачно подпевала. Потрясающий был концерт, потрясающее душевное состояние. - Твой любимый аквариумный альбом? Или два, три альбома? Дюша: Мне очень трудно оценивать то, что было тогда сделано. Потому что, во-первых, это не моя работа, это ваша, Анатолий Августович, искусствоведческая стезя. Мне запомнилось на всю жизнь и воспринимается как что-то прекрасное, как первая любовь, то чудное состояние душевное, в котором мы писали Треугольник! С путешествиями от Сайгона до тропилловской студии, где все это придумывалось, изобреталось, писалось. Фактически концепция альбома создавалась между последней маленькой двойной в Сайгоне и первой взятой нотой в студии. Это было очень хорошо. Прекрасное, теплое петербургское ощущение, нормальное и возвышенное аквариумное состояние. По-своему мне нравятся все альбомы, поскольку они не на пустом месте создавались и перечень всех песен каждый раз был не случайным. Они каждый раз подбирались. Но самый мой любимый альбом - это Треугольник. - А когда у тебя появилась идея создания Трилистника? Дюша: Вообще мой рок-н-ролльный стаж исчисляется с 1969 года, когда я вместе с Сашей Ляпиным и с еще одним человеком играл в одной группе, а потом стал создавать свою. И создал ее под загадочным названием Странно растущие деревья. Она просуществовала до того времени, пока я не вышел на концерт с Аквариумом, после чего моя группа перестала существовать. А Трилистник возник тогда, когда Боря был занят американским проектом. Трилистник умудряется не умереть скоро уже почти десять лет. Бесспорно, Трилистник возник на некоем гребне нашего изучения шотландско-ирландского эпоса, мы очень много слушали ирландские и шотландские группы, а я попытался пойти дальше, взяв наших двух скрипачей - Андрюшу Решетина и Ваню Воропаева, и мы стали потихоньку оттягиваться вместе с Файнштейном и Майклом Кордюковым. Который потом резко уехал в Нью-Йорк и семь лет оттуда носа не показывал. Вот так мы тогда с Трилистником попробовали - и пошло, покатило. Катило до какого-то времени... потом же Аквариум стал активно концертировать, на это время Трилистник затих... Потом был момент, когда я официально как бы ушел на каникулы из Аквариума, но музыканты были общие и доходило до парадоксов. Я, например, приезжал на гастроли с Трилистником и читал надпись на афише - Аквариум под управлением Андрея Романова... Джордж Гуницкий, май 1997 года